Трое мужчин хоронят умерших в дни блокады. Волково кладбище. Ленинград, СССР. Октябрь 1942 года. Фото: Борис Кудояров , архив СФХ/PREGEL.INFO.
Трое мужчин хоронят умерших в дни блокады. Волково кладбище. Ленинград, СССР. Октябрь 1942 года. Фото: Борис Кудояров , архив СФХ / PREGEL.INFO

«Во время блокады работала на строительстве укреплений: сначала рыли окопы, потом противотанковый ров вокруг Ладоги. Вывезли нас, женщин, на эти работы восемь тысяч, вернулись три тысячи… Немец сильно бомбил. Да и от болезней мерли. С тех пор у меня ревматизм, ноги ноют так, что ходить не могу. Приехала я с оборонных работ и слегла – воспаление лёгких. Спаслась только собачиной. И соседку, учительницу, от дистрофии вылечила этим. <…>

Обыкновенные собаки, правда, не дворняги, а овчарки. В Ленинграде была такая школа, где учили собак пробираться к партизанам через заминированное поле. Собака мины-то чует, стороной ползёт. Бывало, конечно, испугается, шарахнется в сторону и взрыв. Ой, бедненькие, приползали иной раз на последнем издыхании, живот распорот, кишки за собой волочит, а знает, что донесение за ошейником: надо дойти. В городе к тому времени уже и 125 грамм хлеба не выдавали на карточки, нечем было. А жить надо было как-то. Знакомый мужа был инструктором в этой школе. Он и приносил собак. Люди-то и кошек, и крыс, и мышей ели – голод не тётка. И людоедство было, знаю точно. А этот знакомый мне и говорит: “Ты, Нина, ничего из этого не ешь. Пока муж твой на фронте, я тебя хорошей штукой снабжать буду, не хуже овечки”. И правда, что овечки овчарки были, на два пальца сала. Я поначалу брезговала, отвар сливала, только мясо ела. А потом привыкла, стала и отвар пить. Соседке принесу тёпленького, а она мне: “Что это ты, Нина, носишь? Силы так и прибавляются”. Я ей отвечала: “Пей, пей, это овечка”. Она пьёт да нахваливает. Потом, когда она стала вставать, я ей рассказала, что это за “овечки” были. В блокаду и деток своих похоронила, муж на фронте погиб. Вот горя-то было. Господи! Думала, не выживу. Потом блокаду прорвали. Я уехала в Пензу, к дальней родне. Трудно очень было, душа болела».

Из книги: Восточная Пруссия глазами советских переселенцев: Первые годы Калининградской области в воспоминаниях и документах / Руководитель авторского коллектива докт. истор. наук Ю.В. Костяшов. – СПб.: Издательство «Бельведер», 2002.
ДЕЛИТЕСЬ ИНФОРМАЦИЕЙ — ДЕЛАЙТЕ МИР СВОБОДНЫМ:
НЕ ПРОПУСТИТЕ НОВОЕ
СЛЕДИТЕ ЗА ФОТОГРАФИЯМИ
ДЕЛИТЕСЬ ИНФОРМАЦИЕЙ — ДЕЛАЙТЕ МИР СВОБОДНЫМ:

Калининградскя область глазами переселенцев

video

Родина – Die Heimat

В основу 28-минутного документального фильма Николая Киценко положены воспоминания переселенцев Калининградской области, бывшей Восточной Пруссии. 2 августа 1945 года в Потсдаме было подписано соглашение трёх...

«Мы спали прямо в русской печи»

«В 1933 году наступил страшный голод. Мы, дети, пухли с голода. Свирепствовали разные болезни, особенно дизентерия. Ослабевшие от голода организмы людей не могли сопротивляться...
PREGEL.INFO

«Маму прямо у речки расстреляли. И не разрешили хоронить»

«Когда война началась, мама в отпуску была. Мы жили у бабушки в деревне. В октябре немцы пришли. Когда немцы оборону на Десне прорвали, мама...
НЕЗАВИСИМАЯ ЭКСПЕРТИЗА