Сергей Трапезин "В овраге"
Бездомные Москвы наблюдают из оврага парад в день Победы. Фото Сергея Трапезина.

1 июня 2019 года в 16 часов в овраге отеля «Акватория» состоится открытие выставки и презентация фотокниги Сергея Трапезина «В ОВРАГЕ».

В программе:

– неторжественное открытие книговыставки и презентация книги Сергея Трапезина (Москва) с участием ансамбля «Летавица» (Калининград), артисты которого не только споют, но и продемонстрируют «живую инсталляцию» людей без определенного места жительства;

– раздача гостям просроченного шампанского и приготовление шашлыка из мяса «Мираторга»;

– сбор металлолома на территории отеля, в том числе пустых металических банок из-под немецкого пива.

Также вы сможете задать вопросы автору фотокниги «В овраге» и узнать, насколько лучше бездомным живётся в столице нашей Родины, чем в эксклаве.

Вход на книговыставку бесплатный для всех желающих.

Полный тираж книги будет отпечатан в середине июня 2019 года. В отеле «Акватория» будут представлены всего 10 первых экземпляров.

Вырученные от продажи деньги будут переданы в фонд помощи бездомным.

Сергей Трапезин "В овраге"
Овраг в центре Москвы в котором поселились бездомные. Фото Сергея Трапезина

Обитатели оврага

Алексей по прозвищу Циклоп, он же Снайпер, ушёл из семьи сам. «Видишь, я – страшный, одноглазый, весь в шрамах, сидел… Сноха меня боится, сын тоже не особо рад меня дома видеть. Вот и ушёл сюда, чтобы у них перед глазами не маячить», – рассказал он. В лагере Циклоп прожил недолго. После очередного разгона лагеря он сменил овраг на подъезды.

Борис когда-то был свободным фотографом. «Начался кризис, и жена стала меня попрекать, что я не могу заработать. Однажды на спор с ней я ушёл из фотографа в дворники», – вспоминает он. До кризиса Борис получал много шальных денег, начал пить и вскоре лишился квартиры. Перед тем, как поселиться в овраге, он работал уличным промоутером и за 14-часовой день получал 500 рублей. Спустя два года жизни в овраге Борис ушёл жить по подъездам к Циклопу. В лагерь он теперь лишь иногда заходит в гости.

Владимир по прозвищу Ботаник утверждает, что имеет два высших образования, и это похоже на правду. Однажды он с кем-то из своих нёс по улице цветной металл. Их остановили полицейские, стали выяснять, откуда ноша, и предложили проехать в отделение. Владимир им: «Мы ничего не крали, металл ищем по свалкам. У меня два высших образования, я свои права знаю. Я на вас заявление напишу». Полицейские ему отвечают: «Садись в машину, ботаник». Так прозвище за ним и закрепилось. Однажды Володю начали расспрашивать, как он стал бомжевать. «А я им говорю – Абрамович в каком-то интервью признался, что его назначили олигархом. А меня назначили бомжом».

Костя в прошлом женат, есть взрослый сын. Бывшая супруга живёт в их городской квартире в Поволжье. Неподалёку у них есть дом в деревне. «Чего там делать? Только бухать. Ну, в огороде поковыряться. А здесь меня никто не трогает, надо только не лениться. И работу искать», – рассуждает Костя. Он владеет несколькими профессиями: крановщика, тракториста и слесаря. Некоторое время работал на заводе, но теперь признаётся: «Люблю выпить, когда хочу, а на заводе так нельзя».

Тима очутился в овраге, похоже, сразу после армии. Самый молодой из местных обитателей – ему 29 лет. Даже небритым он выглядит гораздо моложе. При покупке крепкого алкоголя в магазинах у него регулярно спрашивают паспорт.

Наташа приехала из Саратова. До недавнего времени у неё были документы, и она могла искать работу. Впрочем, с Тимой они подрабатывали и неофициально – чаще всего занимались ремонтом квартир. Когда у неё украли документы, Наташа стала вслух считать, сколько потребуется денег на их восстановление – проезд в Саратов и обратно, штраф, бланк, фото и прочее. Тима говорит: «Да ну на … эти документы! Всё время думай, куда их положить, чтобы не потерять и чтобы не украли. А так – нет их и нет».

Саша трудился в Подмосковье на ткацкой фабрике, потом приехал по лимиту работать на АЗЛК автоэлектриком. Жил в общаге, а после закрытия завода оказался на улице. Однажды я наблюдал, как он с интересом читает справочник по электрике автомобиля. В городе у Саши живёт сестра, периодически они общаются. Однако возвращаться к ней он не хочет, чтобы не стеснять её семью. Похоже, она до сих пор не знает, что он давно живёт на улице.

Валя когда-то жила в Харькове. Утверждает, что по специальности она акушер-гинеколог и много лет назад работала в санчасти в Афганистане. Потом она перебралась в Донецк, где работала администратором в гостинице. В Москву переехала лет 15 назад и сразу попала в овраг. У Вали есть дочь, но они ничего не знают друг о друге.

Миша – гражданин Киргизии. Однако это не настоящее его имя. По-русски говорит с сильным акцентом. В России живёт нелегально, поэтому попросил меня, чтобы по фотографиям его нельзя было узнать.

Саша с Валей сейчас живут вместе. Так как у них нет документов, они до осени работали дворниками на «субподряде» у официального дворника. У них был доступ в подвал жилого дома, где можно было набирать питьевую воду и заряжать телефоны всем обитателям оврага. В основном на работу ходил Саша. Последний день лета стал для них последним рабочим днём. С первого сентября их «работодателя» уволили.

Случаются в овраге и истории со счастливым концом. Вадим переждал своих родственников, выдавивших его из квартиры. Около десяти лет он жил в овраге, а когда квартира освободилась, он вернулся в неё. Лагерь Вадим продолжает посещать, получает пенсию по инвалидности, ходит чисто выбритым и опрятно одетым. Иногда ребята ходят к нему мыться и передают на хранение в холодильник мясо, если его удалось найти слишком много. «На всё нужно время. Надо просто уметь ждать», – убеждён Вадим.

Сергей Трапезин "В овраге"
Сергей Трапезин "В овраге"
Сергей Трапезин "В овраге"
Сергей Трапезин "В овраге"

О фотокниге

«Мы уходим сюда от своей боли»

Сергей Трапезин

В стихийном лагере бездомных в центре Москвы я оказался случайно, когда в апреле 2015 года шёл на работу мимо парка, расположенного на склоне широкого оврага. Вдруг со стороны снегоплавильни я почувствовал запах костра, смешанный с запахом затхлой воды и сырой оттаивающей земли. Сразу нахлынули воспоминания не то о провинциальной Турции, не то о весеннем Подмосковье, и я спустился в овраг посмотреть, откуда идёт дым.

Так я познакомился с лагерем, где на тот момент постоянно жили 10–12 человек и ещё шестеро частенько заходили к ним в гости. Больше года я регулярно посещал овраг и много времени проводил с его жителями. Фотографировать там я начал не сразу – прежде нужно было завоевать доверие. Я снимал жизнь этих людей и параллельно вёл своеобразный дневник, куда записывал самые яркие и важные события, фразы и ситуации. Фрагменты моего дневника также вошли в эту книгу.

Старожилы здесь обитают уже пару десятков лет и называют свой лагерь оврагом или поляной. Многие из них москвичи. Все они оказались в этом месте по разным причинам. У кого-то близкие родственники живут в благоустроенных квартирах неподалёку, но сложные отношения с семьёй заставили их уйти из дома. Редкие заработки не позволяют арендовать жильё. У некоторых нет даже паспорта, поэтому об официальном трудоустройстве они и не думают. Восстановление документов – задача для них почти невыполнимая. Однако жители оврага не унывают. В таком образе жизни – без докучливой родни – для них ценнее единение с природой и душевное спокойствие.

К началу моей съёмки в овраге было шесть палаток. Постояльцы сделали их из найденных на свалках картона, фанеры, досок, ковров, целлофана, линолеума и прочих материалов. Тогда в каждой палатке была самодельная глиняно-кирпичная печка, тепла от которой хватало, чтобы не мёрзнуть и варить горячую пищу зимой.

Обитатели оврага стараются быть незаметными для всех и не конфликтовать с жителями окрестных домов: «Мы никого не трогаем, и пусть нас никто не трогает». Тем не менее, полиция периодически разгоняет лагерь. Однако людям некуда идти, поэтому поселение вскоре возникает снова. Предыдущий, до моего появления в овраге, разгон произошёл в 2014 году. Тогда большинство палаток было сожжено (в этом месте до сих пор не растёт трава и стоят обуглившиеся деревья), и лагерь переместился в другую часть оврага. Несколько разгромов случилось в период моей съёмки.

Деньги бездомные в основном зарабатывают сдачей цветного металла, алюминиевых банок и стеклянных бутылок, которые собирают по помойкам, а также продажей найденного барахла. Существенную долю затрат составляют выпивка и сигареты. Еду добывают из мусорных контейнеров около магазинов. Чаще всего это продукты – мясо, рыба, овощи и фрукты – с истекающим сроком годности. «Пока в Москве есть дорогие магазины, мы голодными не останемся», – говорят они. Одежду, вполне пригодную, обитатели оврага тоже добывают на помойке.

Фотоальбом Сергея Трапезина представляет собой визуальное исследование жизни бездомных людей в центре Москвы. На протяжении года автор посещал их стихийный лагерь, изучал быт, отношения между собой, фиксировал ситуации, которые раскрывали взаимодействие с полицией и социальными органами. В процессе съёмки Сергей Трапезин вёл записи, которые легли в основу очерка.
Редактор: Александра Манькова. Корректор: Елена Жолобова Перевод на английский: Ирина Смага. Подготовка к печати: Андрей Гусев
ISBN 978-952-69209-2-4
© Фотографии. Сергей Трапезин. 2019 © Издание. Treemedia Content Oy. Hartola. 2019 © Текст. Сергей Трапезин. 2019 © Дизайн. Сергей Трапезин, Андрей Гусев. 2019
ДЕЛИТЕСЬ ИНФОРМАЦИЕЙ – ДЕЛАЙТЕ МИР СВОБОДНЫМ:
реклама

avatar